ПРОИСХОЖДЕНИЕ ДИНАСТИИ ПУРУ Царь Джанамеджайя сказал: - Господин, я хотел бы слышать о царях, продолжателях династии Пуру, об их героической доблести и их дотоинствах, о том, сколько их было и каковы были их завоевания. Во всей этой династии не было ни одного венценосца, который не пользовался бы доброй славой, ни одного слабого, малодушного, ни одного, кто не имел бы достойных детей. О мудрец-отшельник, чье богатство - подвижничество, я хочу слышать подробный рассказ о деяниях этих царей, ибо их жизни были увенчаны славой и велика была их мудрость. Шри Вайшампаяна сказал: Хорошо, я расскажу тебе по твоей просьбе о героических царях, которые своим могуществом, равным могуществу Господа Индры, поддерживали Дом Куру. Царь Пуру, основатель династии, имел от своей жены Паушти троих сыновей - Правиру, Ишвару и Раудрашву: все они были прекрасными воителями - маха-ратхами. Престол унаследовал Правира, который имел от своей жены Шьени - героического повелительного сына, лотосоглазого Манасью, который защищал землю со всех четырех сторон. У Манасью и его жены Саувири было трое сыновей - Субхру, Санханана и Вагми, все они были героями и воителями маха-ратхами. Раудрашва имел от своей жены богини апсары, десятерых сыновей, и все десятеро усердно свершали жертвоприношения, были отважными, многоучеными людьми и Бог благославил их хорошими детьми. Все десятеро превосходно владели всеми видами оружия и были всецело преданы священному закону. Их имена - Ричепу, Какшепу, могучий Криканепу, Стандилепу, Ванепу, маха-ратха Стхалепу, могучий Теджепу, ученый Сатьепу, столь же бесстрашный, как сам Индра, Дхармепу и десятый - столь же смелый, как сами боги, Саннитепу. Матерью этих десятерых, которые все свершали великие жертвоприношения Раджасуя и Ашвамедха, была Анадхришти. Царь Матинара, ученый сын Ричепу, о царь, имел четырех сыновей небывалой доблести. Их имена - Тамсу, Маха, Атиратха и ослепительно сверкающий Друхью. Из этих четырех могучий Тамсу, признанный глава династии, завоевал блистательную славу, покорив землю. Сыном героического Тамсу был Илина, и Илина, будучи лучшим воином того времени, завоевал весь мир. Его жена Ратхантари родила ему пятерых сыновей, таких же нерушимо прочных, как пять великих изначальных элементов: земля, вода, огонь, воздух и небо. Их имена - Духшанта, Шура, Бхима, Прапурва и Васу. От Духшанты и его жены Шакунталы родился ученый Бхарата, и он распространил по всему свету великую славу династии Бхаратов. От трех женщин у Бхараты родилось девять сыновей, но эти сыновья не радовали царя, ибо он считал их недостойными продолжать его дело. Бхарата почтил Господа большими жертвоприношениями, и мудрец Бхарадваджа даровал ему сына Бхуманью, о Бхарата. Царь Бхарата, любимый потомок Пуру, счел этого сына достойным, чтобы передать ему престол, и окропил Бхуманью на царство. О лучший из Бхаратов, этот повелитель земли, получив сына как дар от мудреца, затем сам родил сына Витатху, и Витатху был воспитан как сын Бхиманью. От своей жены Пушкарини Бхуманью, известный также, как Ричика, породил четырех сыновей: Сухотру, Сухоту, Сухави и Суяджу. Сухотра, как старший из сыновей, унаследовал царство, он почтил Верховного Господа многими жертвоприношениями Раджасуйя и Ашвамедха. Сухотра правил всей окруженной океаном землей со всем ее изобилием слонов, скота, лошадей и богатыми россыпями многоцветных каменьев. Земля как будто прогибалась под тяжестью всех этих богатств, ибо в правление Сухотры страна была переполнена слонами, лошадьми, колесницами и процветающими толпами людей. Под его добродетельным присмотром по всей стране воздвигались сотни и тысячи религиозных святынь и жертвенных столпов. Процветал народ, процветало земледелие, и богиня Земля являлась в сопровождении своих друзей-богов. От своего мужа Сухотры, повелителя Земли, Айкшваки родила Аджамидху, Сумидху и Пурумидху, о Бхарата. Аджамидха был старшим среди них, и он способствовал поддержанию династии, породив шестерых сыновей от трех женщин, о Бхарата. Дхумини произвела на свет Рикшу, Нили - Духшанту и Парамештхи, и Кешини - Джахну, Джану и Рупину. Все великие герои, которые впоследствии стали известны как панчалы, происходят от Духшанты и Парамештхи, о царь, кушики ведут свое происхождение от Джахну, наделенного безграничной смелостью и силой. Рикшу, который был старше Джану и Рупины, провозгласили царем, сыном Рикши был Самварана, опора твоей династии, о царь. Когда Самварана, сын Рикши, правил всей обильной страной, ужасные бедствия обрушились на ее жителей. Люди знающие сообщают, что царство буквально подверглось опустошению. Жестокая засуха вызвала голод, и мор и эпидемии. Бхаратов осаждали все новые и новые армии врагов. Покорив все окрестные страны, царь Панчалы направил против царя Самвараны десять полных армий; земля содрогалась под его могучими слонами, конными и пешими воинами и колесницами; в сражении армии царя Бхараты потерпели разгром. Опасность была очень велика, и царь Самварана бежал из города вместе с женами, советниками, детьми и близкими друзьями. Он поселился в рощах около большой реки Синдху, у подножья соседней горы. Там в тяжких лишениях Бхараты прожили много долгих лет. Когда они прожили там тысячу лет, к ним пришел возвышенный духом мудрец Васиштха. При появлении мудреца, который видимо прошагал немало йоджан, чтобы добраться до них, все Бхараты тотчас же поднялись в почтительном приветствии, принесли ему дары, а затем с величайшим уважением поведали сверкающему провидцу обо всем, с ними приключившемся. Васиштха прожил с ними восемь лет, после чего царь попросил его стать их жрецом и советником. - Добрый господин, ты должен стать нашим царским жрецом, ибо я хочу попробовать возвратить себе свое царство. Васиштха произнес священное слово "Ом" в знак того, что будет поддерживать дело потомков Бхараты. Мы слышали, что Васиштха затем свершил священное царское омовение, объявив царя Пауравов Самварану законным императором, повелителем всех царей на широком пространстве земли. Под наставничеством Васиштхи, царь Самварана вновь занял великолепный город, прежнюю столицу самого царя Бхараты, и все земные цари принуждены были приносить ему дань. Отвоевав землю, могучий сын Аджамидхи вновь свершил жертвоприношение в честь Господа, жертвоприношение состояло из многих важных обрядов и сопровождалось раздачей щедрых даров всем людям. Затем суровая в своем благочестии жена Самвараны - Саури родила Куру, и все горожане выбрали царевича наследником престола. - Он хорошо знает принципы справедливости, - сказали они. Именно благодаря Куру земля Куруджангала прославилась по всему миру, силой своего подвижничества этот великий отшельник-царь превратил Курукшетру в святую землю. Мы слышали, что ученая жена Куру - Вахини - родила ему пятерых сыновей: Ашвавана, Абхивишвана, Читраратху, Муни и хорошо известного Джанамеджайю. Сыновьями Абхишвана были Парикшит, героический Шабалашва, Абхираджа, Вираджа, могучий Шалмала, Уччайхшрава, Бхадракара и - восьмой - Джитари. Среди их потомков много знаменитых властителей, чьи духовные качества проявились в их деяниях и завоевали им славу. В том же роду было еще семь великих сыновей во главе с Джанамеджайей. Все сыновья Парикшита хорошо разбирались в принципах религии и государственных делах. Их имена - Какшасена, Уграсена, могучий Читрасена, Индрасена, Сушена и Бхимасена. Слава о могучих сыновьях Джанамеджайи шла по всему свету. Перворожденным был Дхритараштра, затем на свет появились Панду, Бахлика, великолепнейший Нишадха, могучий Джамбунада, Кундодара, Падати и восьмой - Васати. Все они хорошо разбирались в принципах религии и делах государственных, и все были преданны благу всех существ. Дхритараштра стал царем, его сыновьями были Кундика, Хасти, Битарка, Кратха, Кунджала, Хавихшрава, который был подобен Индре, и непобедимый Суманью. Бхимасена стал отцом великого лучника Пратипы, от своей жены он имел троих сыновей, о благородный Бхарата. Их имена - Девапи, Шантану и маха-ратха Бахлика. Хотя Девапи, как старший сын, и был наследником трона, он стремился к осознанию своей духовной сути, отказался от царства и ушел в лес. Во главе царства стали Шантану, а затем маха-ратха Бахлика. В роду Бхараты, о царь, было много возвышенных духом венценосцев. Все они были могучими воинами маха-ратхами, в то же время духовным развитием своих умов они не уступали боголюбивым мудрецам. Подобным же образом в роду Ману родились другие непобедимые, подобные богам воины, и они сильно способствовали процветанию династии Илы. Царь Джанамеджайя сказал: - Я слышал от тебя, ученый муж, о первых блистательных представителях нашей семьи, и я внимательно выслушал твое описание благородных и великодушных царей этой династии. Но я не удовлетворен тем, что ты так кратко рассказал такую занимательную историю. Прошу тебя, расскажи мне ее поподробнее, начиная с Праджапати Ману. Жизнеописания святых людей порождают стремление к благочестивой жизни. Замечательная слава этих царей и их жен отнюдь не нечто вымышленное, она берет свои истоки в их истинном величии, ибо они беззаветно посвящали свои жизни [служению] вечным и всеобщим законам Бога. С помощью такого служения они сумели развить в себе поистине исключительные душевные качества и заслуживают высочайшей похвалы. Слушая о них, люди преисполняются стремлением к благочестивой жизни, а это очищает атмосферу всего мира. Поэтому все рады всякий раз послушать об этих могущественных святых людях. Я еще не наслушался вдосталь об этих героях, наделенных чистотой, мощью, героизмом, энергией, милосердием и дерзанием. Вести разговор о них - все равно что вкушать небесную амброзию. Шри Вайшампаяна сказал: Некогда, о царь, обо всем этом я слышал от Шрилы Вьясадевы, полностью объяснившего мне благоприятное происхождение твоей династии. А теперь послушай меня. От Дакши родилась Адити, от Адити - Вивасван; от Вивасвана - Ману, от Ману - Ила, от Илы - Пурурава, от Пуруравы - Айю, от Айю - Нахуша, от Нахуши - Яяти. У Яяти было две жены, Деваяни, дочь Шукры, и Шармиштха, дочь Вришапарвы. От этих двух женщин тянется нижеследующая линия: Деваяни произвела на свет Яду и Турвасу; Шармиштха, дочь Вришапарвы, произвела на свет Друхью, Ану и Пуру. Потомки Яду - Ядавы, потомки Пуру - Пауравы. Жену Пуру звали Каусалья, от нее родился Джанамеджайя, который свершил три жертвоприношения Ашвамедха. Он также почтил Господа великим жертвоприношением Вишваджит и удалился в лес. Хорошо известно, что Джанамеджайя женился на Ананте из рода Яду, от нее родился Прачинван. Этот сын покорил восток вплоть до того места, где восходит солнце, поэтому его и назвали Прачинваном - "Властителем востока". Прачинван женился на Ашмаки, и она родила ему сына Самьяти. Самьяти женился на прекрасной дочери Дришадвана, Варанги, и у них родился сын Ахампати. Ахампати женился на дочери Критавирьи, Бханумати, и у них родился сын Сарвабхаума. Сарвабхаума похитил царевну кайкеев Сунанду, и у них родился сын Джаятсена. Джаятсена женился на видарбхской царевне Сушуве, и у них родился Арачина. Арачина женился на другой видарбхской царевне Марьяде, и у них родился Махабхаума. Махабхаума в свой черед женился на дочери Прасенаджита - Суяджне, и от этого брака родился Аютанайи. Аютанайи его зовут потому, что он принес в жертву десять тысяч людей. Аютанайи женился на дочери Притхушравы по имени Бхаса, и у них родился сын Акродхана. Акродхана женился на калингской царевне Каранду, и от нее родился Деватитхи. Деватитхи женился на видехской царевне Марьяде, и от их брака родился сын Рича. Рича женился на Судеве из Анги, и у них родился сын Рикша. Затем Рикша женился на дочери Такшаки по имени Джвала, и у них родился сын Матинара. Матинара свершил двенадцатилетнее жертвоприношение на берегу священной реки Сарасвати, и когда жертвоприношение закончилось, сама богиня реки Сарасвати подошла к нему и выбрала его своим мужем. От нее у него родился сын Тамсу. От этой благородной пары тянется нижеследующая линия: Сарасвати родила от Матинары сына по имени Тамсу, от Калинди у Тамсу родился сын Илина. От Ратхантари Илина родил пятерых сыновей во главе с Духшантой. Духшанта, разумеется, женился на Шакунтале, дочери Вишвамитры, а от нее родился Бхарата. Есть две хорошо известные шлоки из повести о Духшанте и Шакунтале: "Мать это сосуд, в котором отец порождает сына. Сын неотделим от отца, ибо они составляют одно целое. Люби же своего сына, Духшанта. Не будь так жесток к Шакунтале". "Сын, рожденный от отцовского семени, может вызволить отца и из обители бога смерти. Этот ребенок, о царь, рожден от твоего семени. Шакунтала сказала тебе правду". Небесный голос повелел Духшанте: бхарасва путрам - "люби же своего сына". Поэтому ребенка и назвали Бхаратой. Затем Бхарата женился на дочери царя Сарвасены, кашийской царевне Сунанды, и от их брака родился Бхуманью. Бхуманью женился на дашархской царевне Джайе, и у них родился Сухотра. Сухотра женился на дочери Икшваку Суварне, и у них родился Хасти, который начал возведение Хастинапура, названного его именем. Хасти женился на тригартской царевне Ясодхаре, и она родила ему сына Викунтхану. Викунтхана женился на дашархской царевне Судеве, и у них родился сын Аджамидха. От царевны кайкеев, царевны нагов, гандхарской царевны и от Вималы и Рикши у Аджамидхи родилось две тысячи четыреста сыновей, и каждый из сыновей стал царем, основателем царской династии. Главная среди них династия была сохранена Самвараной. Самварана женился на царевне Тапати из династии Вивасвана, и у них родился Куру. Затем Куру женился на дашархской царевне Шубханги, и от этого брака родился Видуратха. Видуратха женился на магадхской принцессе Самприйе, и у них родился сын Аругван. Аругван также женился на магадхской царевне Амрите, и у них родился Парикшит. Парикшит женился на дочери Бахуды Суяше, и у них родился Бхимасена. Бхимасена в свой черед женился на царевне кайкеев Сукумари, и от этого брака на свет появился Парьяшрава, которого также звали Пратипой. Пратипа женился на царевне из династии Шиби - Сунанде, и у них родилось трое сыновей - Девапи, Шантану и Бахлика. Еще в раннем юношестве Девапи удалился в лес, чтобы посвятить себя духовному саморазвитию, и поэтому Шантану стал правителем земли, а от него начинается другая ветвь фамильного древа. К какому бы старику ни притрагивался обеими руками Шантану, он тотчас же вновь обретал [утерянную] юность и счастье. Поэтому царя и звали Шантану, ибо он даровал возрождение телам стариков. Шантану женился на Ганге, богине священной реки Ганга, и у них появился на свет Деваврата, более известный как Бхишма. Чтобы угодить отцу, Бхишма привел к нему девушку Сатьявати, известную также под именем Гандхакали, и признал ее своей матерью. Когда Сатьявати была еще девственницей, мудрец Парашара породил в ее чреве возвышенного духом ребенка - Шрилу Вьясадеву. От Шантану у нее были еще два сына: Читрангада и Вичитравирья. Из этих двоих царем стал Читрангада, но он был убит в молодости гандхарвой, своим соименником. Затем царем стал Вичитравирья. Вичитравирья женился на Амбике и Амбалике, двух дочерях кашийского царя и Каусальи, но, невзирая на этот брак, Читравирья оставил этот мир бездетным. Сатьявати сильно беспокоилась, как бы не оборвалась и не исчезла династия Духшанты. Она подумала о мудреце Вьясадеве, и он тут же предстал перед ней и сказал: "Что я могу для тебя сделать?" Она сказала: - Твой брат Вичитравирья вознесся на небеса, не оставив после себя детей. Прошу тебя: роди ребенка вместо него. - Да будет так, - ответил он и стал отцом троих детей: Дхритараштры, Панду и Видуры. Его жена Гандхари, получившая дар от Вьясадевы, родила для своего мужа Дхритараштры сто сыновей. Среди ста сыновей Дхритараштры самые известные Дурьодхана, Духшасана, Викарна и Читрасена. Панду имел двух жен - Кунти и Мадри, и обе они были сущими жемчужинами среди женщин. Однажды на охоте Панду увидел мудреца в обличии оленя, который спаривался с ланью [в действительности, женой мудреца-отшельника]. Когда олень, который еще не успел почувствовать наслаждение от этого слияния, подошел поближе, Панду поразил его своими стрелами. Пронзенный стрелами, олень сказал Панду: - Ты хорошо знаешь, что я занимался естественным делом, не противоречащим закону, однако ты выстрелил в меня. Ты убил меня еще до того, как я успел вкусить наслаждение от слияния. Такая же судьба постигнет и тебя, ты будешь поражен внезапной смертью, прежде чем почувствуешь наслаждение от слияния. С тех пор всегда бледный Панду не подходил к двум своим женам, боясь, что его поразит проклятие. Наконец он сказал своей жене Кунти: - Я попал в это трудное положение по своему неразумию. Я слышал от людей, на чье слово можно положиться, что бездетный не достигнет высоких планет. Ради меня самого ты должна найти какой-нибудь выход. После этого Кунти родила Юдхиштхиру от полубога Дхармы, Бхимасену - от Ветра и Арджуну от Индры. Обрадованный Панду сказал ей: - Рядом с тобой живет и еще одна бездетная жена; прошу тебя - помоги ей родить потомство. - Да будет так, - молвила Кунти. И тогда Мадри зачала от двоих Ашвинов Накулу и Сахадеву. Однажды, увидев Мадри в прекрасном одеянии, Панду потянулся к ней всем сердцем. Но едва прикоснувшись к ней, он лишился жизни. Мадри решила последовать за ним и, сказав Кунти: "О благородная женщина, воспитай как следует моих близнецов сыновей", - взошла на погребальный костер. Затем лесные мудрецы отвели пятерых сыновей Панду и Кунти в царскую столицу Хастинапур и доверили их воспитание Бхишме и Видуре. Была совершена коварная попытка сжечь пятерых пандавов и их мать в смоляном доме, но им удалось спастись с помощью Видуры. После этого и убийства демона Хидимбы они отправились в город Экачакру и, находясь там, Бхима убил ракшаса Баку. Затем они все отправились в столицу Панчалов, где завоевали руку царевны Драупади, [ставшей их общей женой]. Вернув себе свои богатства, они возвратились в свою страну. Драупади родила по сыну каждому из пяти Пандавов. От Юдхиштхиры - Пративиндхью, от Бхимы - Сутасому, от Арджуны - Шрутакирти, от Накулы - Шатанику и от Сахадевы - Шрутакарму. Юдхиштхира также женился на Девике, дочери царя из рода Шиби Говасаны, и у них родился сын известный под именем Яудхейи. Бхима женился на кашийской царевне Баладхаре, за чью руку ему пришлось доблестно сражаться, и у них появился на свет сын Сарвага. Отправившись в столицу Господа Кришны - Двараку, Арджуна женился на сестре Господа Субхадре и у них родился сын Абхиманью. Накула женился на чедийской царевне Каренувати, и у них появился на свет сын Нирамитра. Привезя себе жену из страны своей матери, Сахадева женился на мадрской царевне Виджайе, право на чью руку он получил во время сваямвары, и у них родился сын Сухотра. Еще ранее Бхимасена вместе с ракшаси Хидимбой произвел на свет сына по имени Гхатоткача. Вот все одиннадцать сыновей Пандавов. Абхиманью женился на Уттаре, дочери царя Вираты, их ребенок оказался мертворожденным. Но по наставлению Господа Кришны Кунти взяла мертвого ребенка на колени, и Господь сказал: "Я дарую жизнь этому шестимесячному зародышу." Оживив младенца, Господь сказал ему: "Этот ребенок родился в то время, когда династия Куру находится на грани исчезновения [парикшине], поэтому имя ему будет Парикшит." Возмужав, Парикшит женился на Мадравати, и у них родился сын Джанамеджайя. Вапуштама родила от него двоих сыновей - Шатанику и Шанку. Шатаника, конечно, женился на видехской царевне, которая принесла ему сына по имени Ашвамедха-датта. На этом заканчивается описание династий Пуру и Пандавов, и тот, кто внимательно выслушал их родословную, что началась с Пуру, избавится от всех последствий свершенных им грехов. ИСТОРИЯ О ШАНТАНУ Шри Вайшампаяна сказал: Однажды в династии Икшваку родился царь по имени Махабхиша, который правил всей землей. Он всегда говорил только правду и своими доблестными деяниями утверждал в этом мире справедливость. [Но как и многие великие цари, Махабхиша не мог довольствоваться мирскими радостями. Он хотел изведать, какова жизнь на высоких планетах, обитатели которых много превосходят своим духовным развитием земных человеческих существ, поэтому он пользовался помощью ученых, изучающих Веды, мудрых брахманов.] Свершив тысячу жертвоприношений Ашвамедха и сто жертвоприношений Ваджапейя, он снискал милость Господа Индры и силой своего благочестия достиг небесного обиталища. Однажды Индра и все, ему поклоняющиеся, вознеслись даже в более высокий мир, мир Брахмы, первозданного создателя этой вселенной. Присутствовали много святых царей, и Махабхиша тоже был среди сопровождающих. Величайшая из речных богинь, небесная Ганга, также явилась, чтобы поклониться почтеннейшему Брахме. Ганга, как обычно, была в столь же сверкающем, как луна, одеянии, но когда она появилась, небесный ветер вдруг приподнял ее одеяние, обнажив безупречно прекрасное тело. Сонмы богов тут же потупились в смущении, и только один Махабхиша дерзко смотрел на дивную богиню, хотя все это происходило в присутствии святого Брахмы, который нахмурился при виде столь явной нескромности и с укором сказал Махабхише: - Махабхиша, ты вынужден будешь снова родиться среди смертных существ на земле, хотя потом и достигнешь высоких планет. [Хотя Махабхиша и был проклят, ему было дано право выбрать своих родителей.] Пытаясь подобрать подходящего отца, он мысленно перечислил много различных земных царей. "Наилучший из них - царь Пратипа, - решил он наконец. - Он замечательный правитель, исполненный глубочайшего благочестия; лучшего отца и не найти." Прекрасная Ганга заметила, что ее красота лишила великого царя самообладания, за что он низвергнут на землю, и благороднейшая из речных богинь ушла, сокрушаясь о постигшей его беде. Идя по небесной тропе, Ганга встретила восьмерых Васу, но вид у них был такой, будто их побили, а их обычное сияние померкло, словно покрытое слоем грязи. Все они были в величайшем унынии. Видя столь важных богов в таком [плачевном] состоянии, великая речная богиня спросила: - Дорогие Васу, почему вы такие бледные и удрученные? С вами что-нибудь случилось? Благочестивые Васу ответили: - Дорогая Ганга, великий святой Васиштха-муни разгневался на нас за незначительную провинность и проклял. Когда он сидел, спрятавшись, во время предвечерних обрядов мы в каком-то странном смятении оскорбили его. Васиштха сильно вспылил и проклял нас: - [Прочь с небес!] Вы все должны родиться в [человеческой] утробе. Нет никакого способа предотвратить осуществление проклятия Васиштхи, ибо его устами говорит Сама Абсолютная Истина. Поэтому, дорогая Ганга, мы просим тебя спуститься на землю в обличии смертной женщины и стать нашей матерью, ибо мы не можем войти в утробу обыкновенной земной женщины. - Да будет так! - сказала Васу Ганга, добавив [но я хотела бы знать, кто будет моим мужем]. Скажите же мне, какой благородный человек станет вашим отцом. Васу ответили: - В этом мире у царя Пратипы появится высокодобродетельный сын по имени Шантану, этот Шантану и станет нашим отцом. Ганга сказала: - О безгрешные Васу, у меня точно такое же мнение. Да, я согласна с вашим предложением. Я подарю наслаждение Шантану и выполню ваше желание, благочестивые Васу. Васу сказали: - Ганга Деви, ты путешествуешь во всех трех мирах [и поэтому знаешь, как жалок земной мир по сравнению с небесным.] Сразу же после рождения ты должна бросать нас в реку, чтобы мы могли быстрее искупить свою вину. [В тот самый момент, когда мы рождаемся, проклятие утрачивает свою силу, и мы сможем вознестись в наше истинное обиталище - высокие планеты.] Ганга сказала: - Я сделаю то, что вы просите, но у Шантану должен остаться по крайней мере один живой сын. Наш с ним союз не должен оказаться бесплодным. Васу сказали: - Каждый из нас поделится одной восьмой всех наших сил. От соединения этих долей Шантану и получит желаемого им сына. Но этот ребенок не будет иметь продолжения рода среди смертных. Поэтому твой могучий сын будет бездетным. Шри Вайшампаяна сказал: Заключив этот договор с Гангой, Васу были очень обрадованы и быстро пошли своей дорогой. Шри Вайшампаяна продолжил: Царь Пратипа трудился на благо всех живых существ, однажды, ради своего духовного развития, он сел на берегу священной Ганги и много лет пел ведические гимны, описывающие и восславляющие Абсолютную Истину. Как раз в это время перед царем и появилась прекрасная Ганга, богиня священной реки. Когда Ганга вышла из воды, ее необыкновенно соблазнительное тело засверкало небесной красотой, точно она была самой богиней процветания - Лакшми. [Зная, что Пратипа будет ее свекром, Ганга хотела испытать его духовную чистоту. Она хотела также пообещать ему, что у него родится сын Шантану. Сияя своим простодушно чистым, пленительным лицом, как воплощение небесной красоты, умная богиня подошла к святому царю, погруженному в изучение Вед, и села на его правое колено, такое же широкое и мощное, как дерево шала. Видя у себя на коленях задумчивую молодую женщину, царь Пратипа сказал ей: - Моя добрая госпожа, что я могу для тебя поделать? Чего ты хочешь? Женщина сказала: - Я хочу тебя, о царь. Возьми же меня, о лучший из Куру, ибо святые запрещают отвергать женщин, ищущих близости с мужчиной. Пратипа сказал: - Соитие с женщиной для меня запретно, о прелестная, тем более с такой, которая не принадлежит к моему воинскому сословию. Прошу тебя, пойми, добрая женщина, что я принял строгие религиозные обеты [и поэтому не могу приближаться ни к кому, кроме своей жены]. Женщина сказала: - Я отнюдь не из тех нечистых, недостойных женщин, к которым лучше не приближаться. Скажу тебе прямо: ты не найдешь во мне никаких изъянов, и я никогда не навлеку на тебя никаких несчастий. О царь, прими же меня, как я принимаю тебя, ибо я вполне заслуживающая любви девственница. Пратипа сказал: - Ты призываешь меня к приятным утехам, но я не могу нарушить свой религиозный обет. Если бы я соблазнился твоим предложением, это нарушение закона наверняка погубило бы меня. К тому же, милая женщина, ты села на мое правое колено, где обычно сидят дети или снохи. Тебе следовало бы знать, о застенчивая, что для возлюбленных предназначается левое колено, но ты избрала другое. Поэтому, о милая женщина, я не буду заниматься с тобой любовной игрой. Но я хочу, добрая женщина, чтобы ты стала моей снохой, и я принимаю тебя как невесту будущего сына. [Так как ты, по всей видимости, богиня, ты не стареешь как человеческие существа и, стало быть, можешь подождать, покуда мой сын родится и достигнет подходящего для женитьбы возраста]. В конце концов, о прелестная, ты уселась на мое правое колено, где сидят снохи. Женщина сказала: - Да будет так, о всеправедный царь! Я вступлю в брачный союз с твоим сыном. Вообще-то, я соглашаюсь войти в твой знаменитый дом Куру только потому, что ты столь искренне предан Богу. Несомненно, все земные цари находят свое прибежище в вас, венценосцах Куру, ибо ваша династия обладает поистине несравненной святостью, и я даже за сто лет не могла бы описать выдающиеся достоинства вашей семьи. И все же твой сын не должен проявлять интерес к моей благородной родословной, и еще он не должен даже пытаться судить обо всем, что я могу сделать. Если, на этих условиях, я могу жить с твоим сыном, я буду даровать ему все больше и больше радости, у него будут от меня любимые благочестивые сыновья, и благодаря этим сыновьям он сможет вознестись в небесное обиталище. Шри Вайшампаяна сказал: - Да будет так! - сказала она и исчезла прямо на глазах у царя. С этих пор царь ждал рождения сына, твердо памятуя о своем обещании. О дитя Куру, в то время Пратипа, лучший из царственных воинов, вместе с женой свершал отшельнические подвиги, дабы заслужить рождение достойного сына; оба они уже были в годах, когда у них родился Махабхиша. Он родился для того, чтобы продолжить династию миролюбивого отца, и поэтому получил имя Шантану ["Смиренный"]. Шантану хорошо помнил, какие нетленные миры он некогда покорил своим прежним доброчестием, и поэтому, о благородный Куру, он целиком посвятил себя добродеяниям. А когда Шантану достиг юношеской зрелости, царь Пратипа обратился к нему с таким наставлением: - Некогда во времена минувшие (еще до твоего рождения), Шантану, ко мне подошла одна женщина, которая уже тогда думала о твоем благе. То была небесная богиня необыкновенной красоты. Если эта женщина с дивной кожей подойдет к тебе в уединенном месте, мой сын, и захочет, чтобы ты стал ее мужем, отцом ее ребенка, ты не должен задавать ей никаких вопросов. Не спрашивай: "Кто ты? Кто твои родители, пленительная женщина?" Даже если она сделает что-нибудь, чего, по твоему разумению, не следовало делать, не сосредоточивай на этом свое внимание, мое простодушное дитя. Мой дорогой сын, если эта женщина примет тебя как своего мужа, я повелеваю тебе, чтобы ты принял ее как свою жену. Наставив таким образом своего сына Шантану и окропив его на царство, царь Пратипа удалился в лес, чтобы готовиться к жизни будущей. Шантану мудро правил своим царством, и слава о нем распространялась по всему миру. Он был превоходным стрелком из лука и целыми днями пропадал в лесах, ибо любил охоту. Он был лучший из царей и, охотясь на оленей и диких буйволов, бродил по берегам Ганги, где частенько хаживали сиддхи и чараны. Однажды на речном берегу он увидел необыкновенную женщину, которая вся светилась, будто богиня процветания Лакшми. У нее были поразительно стройные руки и ноги, а украшена она была небесными драгоценностями. На ней были тончайшие одежды, ее кожа сияла каким-то особым блеском, словно чаша лотоса. Ее совершенная красота повергла царя в изумление и сильное восхищение. Он как будто пил ее красоту глазами и никак не мог утолить свою жажду. Она же, видя величаво прогуливающегося царя, почувствовала к нему сильную привязанность, будто он был ее лучшим другом. И эта прелестная, с игривыми глазами, богиня продолжала смотреть на него, ибо она тоже не могла на него наглядеться. Затем царь обратился к ней добрым и ласковым голосом: - Кто бы ты ни была, богиня, данави, гандхарви, апсара, якши, паннаги или земная женщина, кто бы ты ни была, о тонкостанная девушка, ты, видимо, дитя богов, так ты прекрасна и добра. Прошу: стань моей женой. Слыша добрый и ласковый голос царя, видя его улыбающееся лицо и помня об обещании, некогда данном Васу, безупречная Ганга подошла к царю и порадовала его такими словами: - О земной властитель, я стану твоей покорной царицей. Но выслушай меня. Какое бы дело я ни делала, доброе, плохое, ты не должен меня останавливать, не должен осуждать меня недобрыми словами. Покуда ты будешь соблюдать это условие, я не покину тебя, о царь. Но если только ты попытаешься удержать меня или скажешь что-нибудь недоброе, я немедленно уйду. - Да будет так, - сказал ей царь, и Ганга почувствовала величайшую радость, ибо получила в мужья лучшего из царей. Шантану подошел к своей царице, и они предались любовным ласкам, подчиняясь охватившему их желанию. "Ей нельзя задавать никаких вопросов". Это предупреждение прочно засело у него в уме, и он не говорил ей ни одного осуждающего слова. Хотя и земной царь, он находил много удовлетворения в ее нраве и поведении, ее красоте, великодушии и благородных качествах, а также в услужливости, которую она проявляла, когда они оставались наедине. Ее облик пленял своей небесной красотой, ибо она была богиней священной реки. Но теперь эта пленительнейшая из богинь обрела облик прекрасной земной женщины, и вела она себя как смиреннейшая жена Шантану, этого льва среди царей, сверкавшего, точно царь богов. И вся судьба Шантану зависела теперь от его пылкой любви к Ганге. Ганга всячески старалась доставить удовольствие своему мужу. Она была искушена в супружеских делах и умела окружить своего мужа любовью. Она умела пленить его игривыми жестами и романтически-изысканным танцем. Шантану был счастлив со своей небесной женой, так же счастлива была и Ганга со своим мужем Шантану. Шантану был совершенно покорён ее необыкновенной женской красотой и обаянием и так упоен их любовной близостью, что не замечал, как пролетают месяцы, времена года и целые годы. Наслаждаясь семейной жизнью, исполняя все свои желания, могучий царь породил восемь детей в утробе Ганги, и все они сверкали, словно бессмертные боги. Но каждого родившегося сына Ганга тотчас же относила к реке и бросала в воду, говоря: "Я поступаю, как хочу", и топила. Царь был очень несчастлив, но не говорил ни слова, опасаясь, что жена покинет его. Когда родился восьмой сын, Ганга встретила его появление со смехом. - Не убивай этого мальчика! - взмолился Шантану. - Кто ты такая? Кто научил тебя таким жестокостям? Почему ты убиваешь собственных сыновей? Ты детоубийца! Не свершай этого величайшего из грехов! Остановись, несчастная женщина! Женщина сказала: - [Я знаю, что] ты хочешь сына, и с какой стороны ни посмотри, ты идеальный отец. Я не убью этого мальчика. Но в соответствии с условиями договора, время нашего совместного пребывания истекло. Я Ганга Деви, дочь Джахну, мне поклоняются все великие мудрецы. Чтобы выполнить поручение богов, я была твоей женой. Наши восемь сыновей - могущественные полубоги Васу. Эти возвышенные духом существа были прокляты Васиштхой Муни и вынуждены были родиться в человеческих обличиях. Они хотели, чтобы на земле только ты был их отцом. Среди земных женщин не было ни одной подходящей, которая могла бы их родить, и по их просьбе я приняла эту обязанность на себя и, следовательно, должна была жить человеческой жизнью. Дорогой Шантану, ты стал отцом восьми божественных Васу и любил их как своих сыновей, поэтому ты будешь вознесен на нетленные планеты и будешь жить среди небесных существ. [Я знала, как сильно ты хочешь вознестись на высокие планеты, и я искренне хотела тебе помочь. Теперь твое желание исполнится.] Я желаю тебе всего самого лучшего, ибо должна покинуть тебя. Прошу тебя: береги своего сына, ибо, возмужав, он сможет исполнить величайшие обеты. Согласно моего договора с Васу, время моего пребывания на земле истекло. У тебя остается наш сын. Дорогой Шантану, никогда не забывай, что этого ребенка подарила тебе я, Ганга. ВАСИШТХА ПРОКЛИНАЕТ ВАСУ Шантану сказал: - Ты назвала мудреца, который проклял Васу, Апавой. Кто этот Апава? И чем провинились божественные Васу, которых он проклял, заставив родиться в человеческих обликах? И что сделал ребенок, подаренный мне тобой, Ганга? Благодаря чему он остался жить в человеческом обществе? Васу - повелители всего мира. Как могли они родиться среди человеческих существ? О Джахнави, объясни мне все это. Шри Вайшампаяна сказал: На этот вопрос богиня Ганга, известная также под именем Джахнави, ответила лучшему из людей, своему мужу, царю Шантану, такими словами: Ганга сказала: - О благородный Бхарата, Васиштха Муни, сын Варуны, повелителя вод. Поэтому Васиштху зовут также Апавой - "сыном воды". На склонах повелительницы гор Меру есть ашрам, где во множестве живут кроткие птицы и животные и цветут цветы всех времен года. Там в краю лесов, изобилующем вкусными плодами, овощами и корнями, свершал свое подвижничество благочестивейший из мудрецов, Васиштха, сын Варуны. И вот случилось так, что могущественная дочь Дакши - Сурабхи - вместе со своим мужем Кашьяпой создала удивительную корову, которая не только давала молоко, но и исполняла любые желания. Великий духом Кашьяпа хотел, чтобы эта корова служила не каким-то корыстным целям, а на благо всего мира, и эта необыкновенная корова находилась под его заботой. Чудо-корова мирно жила со своим хозяином в священном лесу, где мудрецы очищали свою жизнь строгим покаянием. Обитатели леса с радостью следовали законам Бога, и корова без всякого страха, спокойно паслась на лесных пастбищах. Однажды в этот лес, который был излюбленным местом для посещений даже богов и божественных провидцев, пришли восемь божественных Васу во главе с Притху. Васу пришли вместе с женами и прогуливались по лесу, наслаждаясь чудесными холмами и рощами. Во время этой прогулки прелестная жена одного из Васу увидела удивительную корову Васиштхи Муни. Жена Васу был поражена безукоризненным поведением коровы и теми богатствами, которые она дарила. Подозвав мужа, она показала ему на чудесную корову, на ее переполненное вымя и красивый хвост. Корова и в самом деле была наделена всеми возможными достоинствами, и ее поведение было безупречным. Ее муж, Васу по имени Дьяу, похвалил красоту и достоинства коровы, но затем сказал своей небесной жене: - Дорогая богиня, эта превосходная корова принадлежит Васиштхе Муни, сыну Варуны. Да и весь небесный лес, моя красавица, принадлежит этому мудрецу. Его корова, исполняющая желания, весьма знаменита. Я слышал, что даже простой смертный, который отведает сладкого молока этой коровы, проживет десять тысяч лет, не старея. Тонкостанная богиня, неотразимо привлекательная, сказала своему могущественному мужу: - Дорогой, среди людей у меня есть подруга - дочь царя. Зовут ее Джинавасти, она так молода и прелестна. Ее отец - Ушинара - святой царь, славящийся своей честностью и мудростью. И еще он славится среди людей необыкновенной красотой. Мой могущественный муж, ради моей подруги мне очень нужна эта чудо-корова и ее теленок. О лучший из богов, ты всегда делаешь добро другим. Прошу тебя, похить эту корову для меня, чтобы моя подруга смогла испить ее молока. Тогда она, одна из всех смертных, избавится от старости и болезней. Мой дорогой безупречный супруг, ты так могущественен. Сделай это ради меня. Эта корова нужна мне больше всего на свете. Выслушав слова жены и желая сделать ей приятное, Васу Дьяу, вместе со своими братьями во главе с Притху, похитил корову. В таком послушании находился Дьяу у своей лотосоглазой жены, что даже не задумался над тем, каким ужасающим могуществом обладает Васиштха благодаря своему суровому подвижничеству в йоге, не предвидел Дьяу и собственного падения, которое неминуемо последовало за кражей коровы мудреца. Когда сын Варуны вернулся в свой ашрам и начал собирать плоды, он не увидел в лесу чудо-коровы и ее теленка. Великомудрый обыскал весь лес, но не нашел коровы. Однако скоро, с помощью своего божественного прозрения, он понял, что его корова сведена Васу. Объятый сильнейшей яростью, он проклял восьмерых Васу: "За то, что Васу посмели украсть мою чудо-корову, они упадут с высоких планет и возродятся среди людей". Так, всецело подпав под власть своего гнева, величественный, благородный мыслитель Васиштха, сын Варуны, проклял Васу. Васиштха был отшельником, который собрал богатейший запас священной заслуги. Следовательно, он обладал очень большим могуществом, и когда этот провидец Абсолюта приходил в сильнейшую ярость, он проклинал даже богов. Прокляв восьмерых Васу, он вновь сосредоточил свои мысли на подвижничестве. Узнав, что прокляты, Васу вернулись в обитель великого мужа и подошли к провидцу. Они пытались умилостивить Васиштху, чтобы он отозвал свое проклятие, но мудрец отказался исполнить их просьбу. У него уже сложилось определенное мнение по поводу того, как лучше всего поступить с похитителями, ибо он был большим знатоком в вопросах справедливости и религии. Поэтому он сказал Васу: - Семь Васу во главе с Дхарой освободятся от моего проклятия в течение года. Но этот Васу, Дьяу, из-за которого были прокляты другие, останется на земле. И так как именно он украл корову, он проживет на земле долгую жизнь. Хотя я и произнес свои слова в гневе, я не сделаю их лживыми, забрав назад. Но один дар Васу Дьяу я все же сделаю: он родится как человек мудрый, хорошо изучивший все книги знания и неизменно преданный дхарме, тропе праведности. Ради своего отца он отринет чары женщин и не оставит после себя потомка на земле. Сказав все это восьмерым Васу, могущественный мудрец ушел, а Васу подошли ко мне, обратившись с просьбой, которую я обещала исполнить. - О Ганга, - сказали они, - каждого из нас после рождения ты должна бросить в воду, чтобы мы могли вернуться на высокие планеты. Поэтому, святой царь, я и действовала так, чтобы избавить бедных Васу от мук земной жизни. Я действовала, как надлежало. Мой дорогой Шантану, только этот Васу Дьяу, родившийся как наш ребенок, во исполнение проклятия Васиштхи, проживет на земле долгое время. [Я возьму его с собой и позабочусь о его воспитании, позднее же он возвратится к тебе как твой сын.] Шри Вайшампаяна сказал: Объяснив все это царю, богиня Ганга тут же скрылась, забрав с собой младенца; она отправилась, куда хотела. Ее небесное дитя прославилось впоследствии под именем Девавраты: "Того, кто принял благочестивый обет". Его также звали Гангеей, сыном Ганги. Таким образом сын Шантану, который превосходил отца своими достоинствами, имел два славных имени. Шантану же, горько скорбя об утрате жены, возвратился один в город. А теперь я опишу величие Шантану, чьи достоинства были воистину безмерны. Он был возвышенным духом царем из династии Бхаратов, и главная история, включенная в это повествование, начинается с него. Шри Вайшампаяна продолжил: Шантану восхищались все боги, цари и мудрецы как просвещенным, великого ума правителем. Его честность и ревностная преданность религии вошли в предание. Этот лучший из людей был щедро наделен такими качествами, как самообуздание, милосердие, мудрость, скромность, решительность и необыкновенная [духовная] сила. Рожденный в династии Бхаратов, Шантану унаследовал все лучшие качества царей Бхаратов. Хорошо разбирающийся как в делах религии, так и в делах государственных, царь неусыпно охранял законопослушных подданных, соблюдал верность традициям баснословной династии Бхаратов. Царь обладал большими широкими плечами, а на его красивой шее виднелись, как на хорошо сформировавшейся морской раковине, три привлекательные складки. В случае необходимости Шантану мог двигаться с яростью взбешенного слона, но он всегда ценил справедливость и добродетель превыше личных удовольствий или корысти. Таковы были необыкновенные качества великого мужа Шантану. На земле не было царя равного ему добродетелью, и в то время, как он мирно выполнял свои обязанности, другие правители мира окропили его на царствование объединенными царствами, ибо они знали, что нет властителя более мудрого и беспристрастного, чем он. Под властью Шантану земные цари: не ведали никаких тревог, страха, чьих-либо притеснений, мирно спали по ночам и всегда просыпались бодрые и освеженные. Таким образом царь Шантану поддерживал славу и величие Бхаратов. Под защитой святых царей во главе с Шантану, ничто не угрожало безопасности и сохранности мира; наставники, воины, торговцы и ремесленники исполняли свои обязанности с такой же тщательностью, с какой свершали жертвоприношение в честь бога. Брахманы неизменно пользовались уважением людей, и весь род человеческий шествовал по духовной тропе. Правящие цари и царевичи услужали прозревшим свою истинную суть наставникам, а торговцы и земледельцы с радостью следовали повелениям правителей. Ремесленники являли преданность наставникам и правителям, и они честно трудились, помогая торговцам и земледельцам. Наслаждаясь чрезвычайно благоприятной общественной обстановкой, царь Шантану жил в своей очаровательной столице - Хастинапуре - и правил окаймленной океаном землей. Царь щедро помогал всем нуждающимся, но проявлял умеренность в удовлетворении своих личных потребностей, и таким образом, Божией милостью он был наделен бессчетными богатствами. Но хотя и обладая несметными богатствами, он оставался простым и искренним, честным и мудрым. Царь Шантану был красив, словно сверкающая луна: смотреть на него доставляло большое удовольствие. Он никому не завидовал, никому незаслуженно не покровительствовал. Пылкий, как солнце, стремительный, как ветер, он мог быть устрашающим, как смерть, когда приходил в ярость; и в то же время он был терпим, как сама земля. Кроме того, когда миром правил Шантану, никто не мог, если ему вздумается, убить птицу, зверя или другое существо просто ради забавы или из злобы. Шантану неуклонно повиновался законам Божиим, и поэтому все его царство единодушно склонялось перед волей Создателя. Отбросив все корыстные желания, Шантану беспристрастно правил всеми существами. И чтобы снискать милость полубогов, мудрецов и Самой Верховной Личности Бога [который радуется всем жертвоприношениям], царь устраивал великие религиозные торжества и доводил их до полного завершения. В этом царстве ни одно существо не погибало по чьей-либо злой воле. Всех, кто оказывался несчастным или бездомным, царь принимал под свое личное покровительство. И люди, и звери, все существа Божии, находили в царе доброго и любящего отца. Когда этот лучший из правителей Куру властвовал миром как царь царей, все речи были исполнены правды, а помыслы - направлены на милосердие и добродетель. После того, как тридцать шесть лет Шантану наслаждался любовью к женщинам, он остался один и, покинув свою роскошную столицу, отправился в лес. РОЖДЕНИЕ БХИШМЫ И ЕГО УЖАСНЫЙ ОБЕТ Меж тем единственный сын Шантану - Деваврата - заботами своей матери превратился в необыкновенного отрока, такого же поразительно красивого, как сам Шантану. По правде сказать, он был ровней своему отцу во всем - в безукоризненном поведении, практических способностях и искренней преданности духовному знанию. На самом деле сын Ганги был одним из Васу, родившимся в человеческом обличии; и он легко освоил воинскую науку, овладев всеми видами земного и небесного оружия. Он обладал величайшей силой, энергией и смелостью и проявлял особое умение в битве на колесницах. Однажды царь Шантану прогуливался по берегу Ганги, охотясь за дичью, когда вдруг заметил, что в реке очень мало воды. Шантану удивился, почему так вдруг обмелела священная Ганга, и стал оглядываться, пытаясь понять причину, - и тут вдруг увидел прекрасного мальчика, чересчур большого для его возраста, с мощным телосложением. Мальчик пользовался небесным оружием с таким искусством, будто был самим Индрой, и своими могучими стрелами остановил течение всей Ганги. Увидев, что мальчик совершенно остановил великую реку своими острыми, великолепного изготовления, стрелами, царь был поражен, ибо это был сверхчеловеческий подвиг, достойный самого Индры. Разумеется, отрок был собственным сыном Шантану, но так как мудрый царь видел его лишь однажды, сразу же после родов, он слишком плохо помнил своего сына, чтобы узнать его. Увидев отца, воспользовавшись своей магической способностью, мальчик быстро исчез. Это необычное исчезновение навело Шантану на подозрение, что это его собственный сын, и он воззвал к Ганге Деви: - Покажи мне его. И тут перед царем, во всей своей красоте, предстала Ганга, она держала за руку прекрасно одетого мальчика. Сама Ганга, одетая в безупречное одеяние, была богато украшена драгоценностями. Хотя царь и прожил с ней достаточно долго, узнать ее было почти невозможно. Ганга сказала: - О царь, вот восьмой сын, порожденный тобой. О тигр среди людей, прошу тебя, возьми его с собой. Твой могущественный сын учился у самого Васиштхи и усвоил Веды со всеми их дополнениями. Он в совершенстве владеет разными видами оружия, в частности, он великолепный лучник, равный в сражении самому Индре, и уважаемый богами, как и демонами. Великий мудрец Шукра овладел многими ведическими священными писаниями, но твой сын знает эти писания полностью. Сына Ангиры чтут и боги и демоны. Но все, что знает в ведической науке этот мальчик, твой великий могучерукий сын полностью постиг во всех тонкостях. Великопылкий мудрец Парашурама - такой смертоносный боец, что никто даже не смеет приблизиться к нему в битве. Но все виды оружия, какими он владеет, превосходно знает и этот мальчик. Он твой сын, о царь, и я передаю его тебе в руки. Он замечательный боец, но в то же время прекрасно осведомлен в религиозных и мирских делах царя. О доблестный Шантану, отведи этого мальчика к себе домой. Шри Вайшампаяна сказал: В ответ на эту просьбу богини Ганги царь взял сверкающего, точно солнце, ребенка, и отправился в столицу. Достигнув своей столицы, пышностью не уступавшей столице Индры, царь Шантану почувствовал, что все его заветные желания осуществились. Всем членам царской семьи он представил своего сына - наследника престола Куру. Слава сына Шантану быстро росла, своими деяниями он восхищал всю царскую семью, обитателей столицы, отца и все царство. Деваврата, сын Шантану, являл безупречное поведение и строго следовал духовным принципам жизни. Если уж говорить правду, то он превосходил достоинствами отца и в совершенстве умел пользоваться земными и внеземными видами оружия. В нем воплощалось все, чего только мог пожелать видеть царь в своем сыне. Четыре года счастливо прожил могущественный царь Шантану вместе со своим сыном. И вот однажды, гуляя по берегу Ямуны, царь уловил очень тонкое, почти неописуемое благоухание. Ища, откуда исходит это благоухание, царь бродил по берегу, покуда не увидел выращенную рыбаками молодую девушку. Простая девушка была прекрасна, как небесная богиня. - Могу я узнать, кто ты такая, девушка? - сказал царь лотосоглазой рыбачке. - К какой семье ты принадлежишь? И что ты здесь делаешь? - Я дочь рыбака, - ответила она, - и мой отец - повелитель рыбаков. Он очень хороший человек и по его велению я работаю паромщицей, перевожу желающих на ту сторону Ямуны. Восхищенный красотой, милым нравом девушки, чье тело благоухало, точно принадлежало богине, царь Шантану сильно возжелал ее. Он сразу же пошел к ее отцу и попросил выдать за него девушку. - В тот день, когда родилась моя дочь, - сказал предводитель рыбаков, - я уже знал, что в один прекрасный день выдам эту красавицу за достойного человека. Однако у меня есть одно заветное желание, о почтеннейший царь, и если ты впрямь полюбил мою дочь и хочешь сочетаться с ней религиозным браком, дозволь мне высказать это заветное желание. Ты святой царь, всегда говорящий правду, и я поверю твоему слову. Если ты согласишься выполнить мое желание, на этом условии я, конечно, соглашусь выдать за тебя дочь, ибо мне никогда не найти для нее лучшего мужа. Шантану сказал: - Дорогой рыбак, сперва я должен выслушать, каково твое желание, потом я уже решу, исполню его или нет. Если в нем нет ничего плохого, я исполню его, но я никогда не стану делать того, чего не следует делать. Рыбак сказал: - Почтеннейший царь, если у моей дочери родится сын, именно он должен стать наследником трона. Шри Вайшампаяна сказал: Шантану, хотя все его тело и пылало желанием, не мог принять условие рыбака. [Шантану уже обещал трон сыну, и не мог нарушить свое слово, тем более данное любимому сыну Деваврате.] Думая лишь о молодой рыбачке, властитель земли вернулся обратно в Хастинапур, не в силах подавить терзающее его сердце горе. После этого случая Деваврата заметил, что царь Шантану томится в постоянной тоске и всегда о чем-то сосредоточенно думает, поэтому он однажды спросил отца: - Почтеннейший царь, ты принес всевозможные радости и процветание всем земным правителям и их подданным. Почему же сам ты несчастлив, постоянно тоскуешь? Я вижу, что ты все время о чем-то думаешь, о царь, почему бы тебе не поделиться со мной тем, что тебя гнетет? В ответ на эти [заботливые] слова сына Шантану ответил: - Да, ты прав, я все время занят своими мыслями. Дело в том, что в нашей великой династии Бхаратов ты мой единственный сын и наследник. Поэтому, дорогой мальчик, я с тревогой думаю об эфемерной природе этого смертного мира. О сын Ганги, я опасаюсь, как бы нашу семью так или иначе не постигло несчастье. Конечно, ты лучше, чем сто обычных сыновей, и я не могу жениться на другой женщине, не имея на то очень веских оснований. Да благословит тебя Бог, сын, я только хочу, чтобы наша великая семья не исчезла с лица земли. Те, кто знают принципы дхармы, божественного закона, говорят, что иметь одного сына все равно, что не иметь ни одного. Даже исполнение агни-хотры, изучение трех вед, свершение жертвоприношений с раздачей щедрых даров не стоят и шестнадцатой части заслуги, приобретаемой рождением и [воспитанием] хорошего сына. У меня нет ни малейших сомнений по поводу того, насколько важно для людей иметь хороших детей, это в равной мере относится и ко всем другим существам. Таков вечный завет Вед, почерпнутый в величайших священных историях. Мой сын, ты бесстрашен от природы, не переносишь никаких оскорблений, и твой долг - всегда быть при оружии. [Ибо в любое время дня или ночи люди могут обратиться к тебе за помощь, и ты должен надежно оборонять их от всех нападающих.] Поэтому, мой безгрешный сын, ты можешь погибнуть в сражении. Вот почему мой ум снедают сомнения. Если случится самое худшее, что будет с этой семьей? Вот я и открыл тебе, мой любимый мальчик, истинную причину моих горьких раздумий. Деваврата был очень умен и, уйдя от отца, он хорошенько все обдумал. Затем, торопливо направившись к старшему советнику царя, искреннему другу отца, Деваврата попросил объяснить ему подлинную причину отцова горя. Советник, пользовавшийся доверием царя, объяснил благородному царевичу Куру, что произошло на самом деле. Он рассказал о том, как его отец просил руки рыбачки, и о поставленном рыбаком условии. Тогда Деваврата, в сопровождении группы военачальников, сам отправился к рыбаку, чтобы попросить руки его дочери для своего отца, царя Шантану. Рыбак радушно приветствовал царевича Куру и, надлежащим образом почтив его, обратился к усевшемуся в кругу спутников Деваврате: - Ты знатный вельможа, достойный представитель своего отца, Шантану. Ты замечательный человек, Деваврата, идеальный сын. Что я могу тебе сказать? Войти в вашу великую семью весьма желательно и очень почетно для любого. Даже сам Индра сожалел бы, упустив такую возможность. Конечно же, это дитя Сатьявати на самом деле дочь великого царя, равного вам всем своими достоинствами. Моя любимая дочь родилась от его семени. [Мы, рыбаки, просто спасли ее.] Ее настоящий отец, великий царь Васу, много раз хвалил твоего отца Шантану: - Среди всех правителей мира, - говаривал он, - только Шантану достоин жениться на моей дочери. [Я воспринял слова царя Васу, как заслуживающие полного доверия.] И даже когда небесный мудрец Асита попросил у меня руки дочери, я отклонил предложение этого возвышенного духом мудреца. И все же, как отец девушки, я должен кое-что сказать. Плохо иметь сильного соперника в этом мире. Так я считаю. Ты неукротимый воитель, Деваврата, и кто бы ни был твоим соперником, будь он гандхарва или асур, не говоря уже о смертном человеке, он не будет знать покоя, если навлечет на себя твой гнев. Мой господин, только одно соображение и заставляет меня медлить с согласием. Я желаю тебе всего наилучшего, но прошу тебя, пойми, что прежде чем выдать дочь замуж, я должен позаботиться о благополучии ее будущего сына. Сын Ганги мог думать только о счастье отца и, выслушав слова повелителя рыбаков, он тут же, в присутствии внимательно слушающих воинов Куру, ответил: - Ты честный человек, рыбак, и должен поверить тому, что я тебе скажу. Нет ни одного царя, живого или мертвого, который дерзнул бы принять такой обет. Клянусь, что рожденный от твоей дочери сын будет нашим повелителем и царем. Я отрекаюсь от отцовского трона. Ты не хочешь, чтобы у сына твоей дочери был соперник, его и не будет. Однако даже эта клятва не убедила рыбака. Стремясь закрепить царство за своим внуком, он вновь сказал Деваврате: - Будучи достойным представителем своего отца Шантану, венценосца необыкновенного величия, ты наш господин, Деваврата. Ты честный, доброчестивый человек и хорошо знаеь, как справедливо решить это дело. Ты имеешь полное право решать, как должна быть выдана замуж моя дочь. Но я, исполняя свой отцовский долг перед любимой дочерью, должен сказать тебе следующее. О благородный царевич, есть еще одно смущающее меня обстоятельство. Я знаю, что ты предан справедливости и правде и что клятва, которую ты дал, хлопоча за отца, подкреплена всем твоим возвышенным характером. И все же, мой дорогой царевич, у меня остается одно-единственное сомнение: у тебя самого может еще родиться сын. Это причиняет мне величайшее беспокойство. После того как у тебя родится могущественный сын, это будет вечным источником тревоги для сына моей дочери. Деваврата был полон решимости обрадовать отца и уже давно поклялся посвятить жизнь неукоснительному исполнению своих религиозных принципов. Поэтому, поняв, что' останавливает рыбака, он принял следующий обет. Деваврата сказал: - О повелитель рыбаков, почтеннейший царь, выслушай то, что ради своего отца я скажу тебе в присутствии всех этих царей. Я уже отрекся от царства отца в пользу твоего внука, а теперь послушай, что я решил относительно своих потомков. С этого дня, о рыбак, я принимаю трудный обет безбрачия. На этой земле у меня не будет ни жены, ни детей, все мои усилия будут направлены на достижение нетленных миров духовного неба. Шри Вайшампаяна продолжил: Эти слова преисполнили честного рыбака великой радостью. - Хорошо, я отдам дочь за твоего отца, - сказал он Деваврате. В пространстве между небом и землей апсары, сами боги и великие мудрецы излили цветочный дождь и дружно воскликнули: - Этот человек Бхишма! [Слово "бхишма" означает "ужасающий", приняв свой ужасающий обет, сын Шантану из любви к отцу пожертвовал всем, о чем только может мечтать молодой царевич.] - Бхишма! Бхишма! - в восхищении кричали все. Бхишма же - отныне Деваврата был известен под этим именем - повернулся к прославившейся таким образом Сатьявати и сказал: - Дорогая мать, сядь на мою колесницу, ибо мой отец ждет и мы должны возвратиться домой. Сказав это, Бхишма посадил прекрасную девушку на свою колесницу и поехал. Прибыв в Хастинапур, он объяснил все царю Шантану. Сопровождавшие его цари восславили свершенный им, неимоверно трудный подвиг. Собираясь группами или наедине друг с другом, воины Куру восхваляли сына Шантану, повторяя слова богов: "Этот человек Бхишма!" Сам Шантану был так восхищен трудным подвигом, свершенным ради него сыном, что даровал ему такой необыкновенный дар: Бхишма мог умереть только в тот момент, когда сам того пожелает. Шри Вайшампаяна продолжил: После того как закончился царский свадебный обряд, царь Шантану водворил прекрасную новобрачную в своих личных покоях, и через некоторое время у Шантану и Сатьявати родился очень умный и доблестный сын со сверхчеловеческими способностями, которого они нарекли Читрангадой. Через несколько лет жена могучего Шантану родила ему другого сына-воина - Вичитравирью. Но еще до того, как этот второй сын достиг отрочества, неумолимая сила Времени унесла с собой царя Шантану. Когда Шантану возвратился в небесные миры, Бхишма, с одобрения Сатьявати, возвел на престол Читрангаду. Читрангада стремился восстановить всевластие династии Куру и с большим мужеством покорил всех других земных царей. Многие без всякого сопротивления признавали себя его вассалами, те же, кто отвечал вызовом на вызов, гибли в сражениях. Венценосец Куру смело провозглашал, что на земле нет никого ему равного, и так могущественен был Читрангада, что он даже мог оспаривать власть богов и демонов. Был у гандхарвов могущественный царь, которого также звали Читрангадой. [Гандхарвы обычно гораздо сильнее человеческих существ, и царь гандхарвов был разгневан тем, что какой-то человек, пусть и царь, пользуется его именем.] Он бросил вызов сыну Сатьявати, и на поле Курукшетра между властителем гандхарвов и повелителем из гордой династии Куру произошел ужаснейший поединок. Там, на берегу реки Хиранвати, они сражались целых три года. В этом упорнейшем, ожесточеннейшем поединке тучи смертоносных стрел, копий и другого оружия застилали все небо. В конце концов, применив свою превосходящую мистическую силу, царь гандхарвов все же сразил благородного царя Куру. Разделавшись с Читрангадой, властителем Куру, столь искусным во владении луком и стрелами, повелитель гандхарвов вернулся на свою светозарную планету. После того как этот могущественный тигр среди царей был сражен в единоборстве, Бхишма, сын Шантану, повелел свершить необходимые погребальные обряды. Затем мощнорукий Бхишма возвел на трон Куру ребенка Вичитравирью, еще даже не достигшего телесной зрелости. Вичитравирья просто следовал наставлениям Бхишмы и таким образом правил царством своих предков. Даже в юности он изучал книги мудрости и строго выполнял их предписания. Он с должным почтением относился к Бхишме, сыну Шантану, а Бхишма в свой черед тщательно оберегал юного царевича. Шри Вайшампаяна продолжил: О безгрешный царь, Читрангада был мертв, его брат совсем еще дитя, поэтому, с одобрения Сатьявати, государственными делами царства управлял Бхишма. Когда он увидел, что его младший брат достиг отроческой зрелости и выделяется своим умом не только среди сверстников, Бхишма начал подумывать о том, чтобы женить Вичитравирью. И тут он услышал, что три дочери царя Каши, - все три прекрасные, как апсары, будут избирать себе мужей на [устраиваемой с этой целью] сваямваре. Бхишма был наилучшим из воинов-колесничих, с одобрения Сатьявати он облачился в доспехи и отправился на колеснице в Варанаси, столицу кашийского царства. И кругом сын Шантану видел царей. Они все в приподнятом настроении приехали, чтобы состязаться на сваямваре; увидел Бхишма и трех прелестных молодых сестер, к которым стремились сердца царей. В то время как объявлялись тысячи имен съехавшихся царей, Бхишма с дерзостью, внушенной сознанием собственной силы, выбрал трех царевен [для своего сводного брата]. Смело посадив девушек на свою колесницу, о царь, Бхишма, наилучший из бойцов, повернулся к правителям земли и голосом, подобным раскатам грома в тучах, объявил: - Ученые предписывают, чтобы лучшие девушки предлагались как дар достойнейшим мужчинам, созываемым по такому случаю. Этих девушек одевают в самые нарядные платья и украшения, за ними дают богатое приданое. Некоторые родители дают за своими дочерьми отменную корову или быка или деньги, другие родители стараются выдать дочь за могущественного человека, способного надежно ее защитить. А есть мужчины, которые обращаются прямо к красивым женщинам, даже не спрашивая родителей, и ученые приводят примеры, как мужчины добивались желанных им женщин, тайно обнимая их во сне, опьяненных или с помрачившимся рассудком. Цари и царевичи, однако, склонны восхвалять браки, заключаемые с помощью сваямвары, как мы и видим это сегодня, здесь, и они с большим удовольствием присутствуют на подобных церемониях. Те, кто знают науку государственного управления, утверждают, что венценосец завоевывает самую желанную жену, побеждая других царей в свободном открытом состязании - сваямваре. О правители земли, сейчас я силой увезу этих молодых девушек. В конце концов они прибыли сюда, готовые избрать самого могущественного из земных царей, а я утверждаю, что именно я самый могущественный. Если хотите, попробуйте остановить меня, и вы увидите, удастся это вам или нет. Я готов сражаться, о земные цари, и я не поверну назад. Сказав все это собравшимся воинам, среди которых был и отец девушек [царь Каши], могучий Бхишма из династии Куру устроил в безопасном месте трех прелестных царевен на своей колеснице. Обратившись к ним с добрыми приветственными словами, он тронул коней. Цари тотчас же вскочили на ноги. Заскрежетав зубами и поджав губы, они с невообразимой яростью схватились за оружие. Отбросив свои бесценные церемониальные украшения, торопливо надели доспехи. Кругом царило полное смятение. Схватив свои сверкающие, богато изукрашенные щиты, воины бегали во всех направлениях, и их сияющие, украшенные драгоценными камнями доспехи, сшибаясь, вспыхивали с яркостью сталкивающихся звезд. Со сдвинутыми в негодовании бровями и багровыми от ярости глазами они собирались с силами перед битвой. Вооруженные всеми видами оружия отважные цари вскочили на свои прекрасные колесницы, в которые их возницы запрягли породистых коней, так и рвавшихся в битву. Размахивая оружием, они помчались вдогонку за повелителем Куру, и через несколько мгновений завязалось шумное ожесточенное сражение меж многочисленными царями и Бхишмой. Нападающие цари одновременно пустили в Бхишму десять тысяч стрел, но он сшиб все эти смертоносные стрелы на лету, ни одна не достигла своей цели. Затем все цари окружили Бхишму и стали поливать его безжалостным дождем стрел, как ливень неутомимо сечет гору. Но Бхишма останавливал все стрелы своими собственными. Затем сын Шантану перешел в нападение, побивая каждыми тремя стрелами тысячи вражеских царей. Видя сверхчеловеческие подвиги Бхишмы: его [необыкновенную] ловкость, искусство самообороны, другие воины-колесничие, хотя и будучи врагами, не могли не воздать ему должное, ибо Бхишма был поистине блистательным воителем. Сам целый и невредимый, он наносил вражеским царям тяжелые потери, и те вскоре вынуждены были признать свое поражение. Одержав полную победу в сражении, Бхишма вместе с молодыми девственными царевнами отправился в древнюю столицу Бхаратов. Когда колесница катилась по дороге, на нее напал внезапно сзади молодой царь Шальва, считавшийся превосходным воином-колесничим. Его нападение походило на нападение разъяренного слона, который, разгоряченный страстью, в борьбе за слониху, всаж